Как Саша врезался в собаку

Саше подарили новый быстрый самокат. Он обожал кататься по тротуарам около своего дома, представляя себя гонщиком. Он носился так быстро, что ветер свистел в ушах, и ему казалось, что он обгоняет все машины на свете.

Мама постоянно напоминала ему:

— Сашенька, катайся не спеша, смотри по сторонам! Особенно на поворотах и во дворах, где могут быть люди или животные! Самокат быстрый, а люди и собаки могут не успеть отскочить.

— Хорошо, мамочка! — кричал Саша и убегал на улицу.

Но в тот день Саша был слишком увлечён скоростью. Он вылетел из своего двора на общую дорожку, которая вела к детской площадке. Он смотрел только вперёд, на свою трассу, представляя, как он обгоняет воображаемых соперников, и совсем не замечал, что происходит вокруг.

А вокруг как раз шла на прогулку женщина с большой пушистой собакой на поводке. Собака была спокойная, добрая, её звали Цезарь, и она просто не спеша обнюхивала кусты в поисках интересных запахов.

В этот момент Саша, не снижая скорости, закладывал крутой вираж, чтобы объехать скамейку. Он не увидел ни женщину, ни собаку, пока не стало слишком поздно.

БАХ!

Его самокат на полной скорости врезался передним колесом прямо в бок большого пса.

Раздался громкий стук, испуганный визг собаки и крик женщины. Самокат резко остановился, а Саша кубарем полетел через руль и с размаху упал на асфальт, больно ударившись коленом и локтем.

Но это было ещё не всё. Собака, испытывая резкую боль от удара и сильный испуг от неожиданности, инстинктивно обернулась и, защищаясь, схватила зубами то, что было ближе всего — за голую ногу Саши, который лежал рядом и громко плакал.

— АЙ-ЯЙ-ЯЙ! — закричал Саша от новой, острой боли. — Больно! Пусти!

Собака не прокусила кожу до крови, но оставила сильные красные отметины от зубов и здорово придавила мышцу. Это было очень больно и страшно.

Женщина сразу же дёрнула поводок и закричала строгим голосом:

— Цезарь, фу! Нельзя! Сидеть!

Собака тут же разжала пасть и, жалобно скуля и поджимая хвост, спряталась за хозяйку. Женщина была не меньше всех напугана, её лицо побледнело, руки дрожали.

— Мальчик, ты живой? — заговорила она, присаживаясь на корточки и помогая Саше сесть. — Ой, простите, ради бога! Он никогда так не делает, он очень добрый, он просто испугался… Вы так неожиданно вылетели, так быстро…

Саша сидел на асфальте, обхватив ушибленную ногу, и громко плакал. Было больно и от падения, и от укуса, но больше всего — от обиды, испуга и стыда. Он ведь сам виноват, мама предупреждала.

На шум из окна пятого этажа выглянула мама, увидела картину и через минуту уже выбегала во двор.

— Саша! Что случилось? — кричала она на бегу.

Она быстро оценила ситуацию: раны нет, крови нет, но синяк на ноге и следы от зубов будут. Она успокоила и Сашу, и расстроенную женщину.

— Не переживайте, — сказала мама женщине. — Он сам виноват, не смотрел по сторонам. С собакой всё в порядке? Цезарь, иди сюда, хороший пёс, не бойся.

Женщина погладила собаку, которая всё ещё дрожала и пряталась за её ногами.

— Он никогда никого не кусал, — оправдывалась женщина. — Он просто от боли и испуга. Вы даже не представляете, как сильно ему досталось колёсиком.

— Я понимаю, — кивнула мама. — Саша, ты слышишь? Собаке тоже больно. Из-за твоей невнимательности пострадал не только ты, но и животное.

Саша, всё ещё всхлипывая, посмотрел на Цезаря. Пёс сидел, жалобно поскуливая, и лизал свой бок, куда пришёлся удар.

— Прости, собачка, — прошептал Саша. — Я не хотел.

Дома мама обработала следы от зубов успокаивающим кремом, приложила к ушибу холодный компресс, а к Сашиному страху и обиде — много маминых объятий и спокойных слов.

— Саша, — сказала мама, когда он немного успокоился, — собака не хотела тебя обидеть. Она испугалась и защищалась. Так же, как ты кричишь «ай», когда тебе больно, она ответила укусом на неожиданную боль. Это инстинкт, она не виновата.

— Но она меня укусила! — всхлипнул Саша.

— А ты в неё врезался, — напомнила мама. — Представь, если бы в тебя на полной скорости врезался велосипед. Тебе было бы больно и страшно, правда? И ты бы тоже, может быть, закричал или ударил обидчика. Собака не умеет кричать, у неё есть только зубы, чтобы защищаться.

Саша задумался. Он представил, как в него врезается что-то большое и быстрое, и ему стало страшно.

— Главный урок не про собаку, — продолжала мама. — А про тебя. На дороге, даже на тротуаре, нельзя нестись сломя голову. Нужно всегда смотреть вперёд и по сторонам, объезжать людей и животных заранее, на безопасном расстоянии, и обязательно сбавлять скорость на поворотах и в местах, где может быть кто-то неожиданный.

Саша, всхлипывая, кивал. Его нога болела, зато в голове теперь отчётливо звучали мамины правила.

Через несколько дней, когда синяк пожелтел, а страх прошёл, Саша снова взял свой самокат. Он вышел во двор, но теперь катался совсем по-другому. Он не гонял, а катился спокойно, внимательно глядя вперёд и по сторонам. При виде собаки или ребёнка он заранее сбавлял ход и аккуратно объезжал их на безопасном расстоянии.

Вскоре он снова встретил во дворе ту самую женщину с Цезарем. Пёс шёл по тротуару, уже не хромая, и снова обнюхивал кусты.

Саша остановился заранее, слез с самоката и подошёл.

— Извините, — сказал он тихо. — Я тогда не специально. Цезарь, прости меня. Ты уже не болеешь?

Женщина улыбнулась.

— Всё хорошо, мальчик. Цезарь уже здоров. А ты, я вижу, научился кататься осторожно. Молодец.

Саша погладил пушистого пса, который вильнул хвостом и лизнул его руку. На душе стало легко и радостно.

С тех пор Саша запомнил навсегда: скорость — это весело, но безопасность и внимательность — важнее. И что животные тоже чувствуют боль и страх, и их нужно уважать и беречь.