Как Красная Машинка потеряла свой звук

У Красной Машинки, что жила в уютном гараже на тихой улице, был самый весёлый и звонкий гудок на всём белом свете. Когда она ехала по делам, её «Би-бип!» разносилось далеко вокруг. Она здоровалась со всеми встречными:

— Би-бип! Привет, Велосипед! Как твои колёса?

— Би-бип! С добрым утром, Самокат! Не опаздываешь?

— Би-бип! Здравствуй, Пешеход! Прекрасная погода сегодня!

Все — и машины, и звери, и даже фонарные столбы — очень любили её задорный, жизнерадостный звук. От него на душе становилось теплее и светлее.

Но однажды солнечным утром случилось нечто странное и очень неприятное. Красная Машинка проснулась, потянулась (насколько это возможно для машины), выглянула из гаража и, увидев яркое солнышко, захотела, как всегда, поприветствовать его. Она с удовольствием нажала на свой сигнал и... ничего не произошло. Абсолютно ничего.

Ни громкого «БИ-И-И-И-И!», ни тихого, скромного «би-бип». Только гробовая, пугающая тишина.

Машинка испугалась. Она нажала ещё раз. И ещё. Сильнее, слабее, длиннее, короче. Но из-под капота не доносилось ни звука. Её голос, её звонкий, любимый всеми голос, исчез! Пропал, словно его и не было никогда.

«Как же я теперь буду разговаривать с друзьями? — с ужасом думала Красная Машинка. — Как я буду предупреждать пешеходов, что приближаюсь? Как буду здороваться по утрам?».

Она была ужасно расстроена. Грустная, поникшая, она медленно выехала из гаража и отправилась на поиски своего пропавшего голоса.

Сначала она подкатила к старым деревянным Качелям, которые висели во дворе на цепи.

«Качели, вы не видели мой «Би-бип»? — хотела она спросить, но из неё вырвался лишь слабый, едва слышный шорох колёс по асфальту. Качели только молча качнулись на ветру, скрипнув цепями — они явно не поняли её.

Машинка поехала дальше. На углу улицы стоял старый, мудрый Фонарный столб. Он был высокий, видавший виды и знал всё, что происходит в округе. Красная Машинка подъехала к нему и отчаянно заморгала фарами: «Столб, ты высокий, ты всё видишь! Куда мог убежать мой голос? Ты не знаешь?».

Фонарный столб задумчиво мигнул своим жёлтым светом, немного покачался из стороны в сторону и, кажется, кивнул в сторону старого парка, где росла большая берёза. «Ищи там», — без слов, но очень понятно сказал он.

Машинка поспешила в парк. Под старой, развесистой берёзой, в густых ветвях, было уютное гнездо. В нём жил шустрый Воробей по имени Чик со своей семьёй. Чик был известным коллекционером: он целыми днями таскал в своё гнездо всё, что блестело, шуршало или издавало интересные звуки: пёрышки, травинки, пушинки, яркие фантики от конфет.

Машинка осторожно подкатилась к дереву и заглянула наверх, в густую листву. И вдруг... она услышала! Из гнезда доносился слабый, но до боли знакомый звук:

— Би-бип! Чик-чирик! Би-бип! Чик-чирик-чик!

Это был ОН! Её собственный гудок, который кто-то использовал как музыкальный инструмент!

Воробей Чик, заметив Машинку, выпорхнул из гнезда и ловко приземлился прямо на её капот.

— Ой, Красная Машинка! — весело зачирикал он, ничуть не смущаясь. — Здравствуй! Спасибо тебе огромное за твой чудесный звук! Мои птенчики от него просто в восторге!

Красная Машинка захлопала фарами от возмущения (насколько это возможно). Она беззвучно, одними фарами, спросила:

«Ты... ты взял мой «Би-бип»? Украл его?».

Воробей Чик перестал чирикать, понурил головку и виновато посмотрел на неё.

— Ну... взял, — признался он. — Прости, пожалуйста. Я не подумал, что тебе он нужен. Просто мои маленькие птенчики так полюбили этот звук! Он такой весёлый, звонкий и тёплый. Когда я включаю твой «Би-бип», они сразу затихают, засыпают, а утром просыпаются с хорошим настроением. У нас, у воробьёв, нет своего такого красивого гудка. А так хотелось порадовать малышей...

Красной Машинке стало ужасно жалко маленьких птенчиков. Она представила, как они там, в гнёздышке, радуются и засыпают под её звук. Но и без своего голоса ей было очень трудно и грустно. Она медленно, грустно покачала фарами из стороны в сторону — это означало «нет». Ей был нужен её голос. Без него она не могла работать, не могла общаться, не могла быть собой.

Воробей Чик, хоть и был вороватым, но был честным и добрым. Он всё понял.

— Прости меня, Красная Машинка, — серьёзно сказал он. — Я верну тебе твой звук. Это нечестно — забирать чужое. Но можно мы с птенчиками попрощаемся с ним?

Машинка кивнула фарами — можно.

Чик залетел в гнездо и через минуту вынес оттуда что-то удивительное. В клюве у него светился маленький, тёплый, пульсирующий огонёк. Это и был её звук! Он вибрировал и светился, как живой светлячок. Птенчики высунулись из гнезда и жалобно запищали, увидев, что их любимая игрушка улетает.

И тут Красную Машинку осенило! Она не могла говорить, но могла показывать. Она подъехала почти вплотную к шершавому стволу старой берёзы и начала медленно, аккуратно тереться о кору своими колёсами. Скр-скр-скр-скр.

И случилось чудо! Стол старой берёзы, такой неровный, бугристый и шершавый, начал издавать звуки. Разные кусочки коры звучали по-разному. Где-то получался низкий, густой скрип, где-то — высокий, тоненький скрип.

Скр-скрип! Тр-р-скрип! Скр-скр-скрипу-скрип!

Получилась самая настоящая, очень забавная и даже красивая песенка! Птенчики в гнезде замерли, раскрыв клювики от удивления, и стали внимательно слушать. Воробей Чик тоже заслушался.

— Ух ты! — зачирикал он радостно. — Это же новая колыбельная! Берёзовая песня! Вот это да!

Красная Машинка улыбнулась про себя. Она перестала тереться о ствол и посмотрела на Чика. Она подарила ему и его птенчикам эту новую, скрипучую, но очень добрую песенку.

Воробей Чик, сияя от счастья, аккуратно подлетел к капоту Машинки и бережно, как самую дорогую вещь, положил светящийся, тёплый звук обратно в сигнал.

— Попробуй теперь, — с волнением сказал он.

Красная Машинка зажмурилась (насколько это возможно для машины) и с трепетом нажала на гудок.

И из неё вырвалось громкое, радостное, счастливое, такое родное:

— БИ-И-И-И-ИП! БИ-И-И-И-ИП!

Это был он! Её голос вернулся!

Машинка от радости просигналила три раза подряд, и каждый сигнал звучал громче и веселее предыдущего:

— Би-бип! Спасибо тебе, Чик!

— Би-бип! До свидания, маленькие птенчики!

— Би-бип! Приходите все в гости слушать новую берёзовую песню!

С тех пор у Красной Машинки снова был её звонкий, любимый голос. А под старой берёзой в парке каждый вечер собирались воробьи со всей округи, чтобы послушать, как старая берёза поёт свою скрипучую, но удивительно уютную колыбельную, которую для них подарила Красная Машинка.

И Машинка поняла одну очень важную вещь: иногда, чтобы что-то вернуть, нужно сначала что-то отдать или подарить. И тогда мир становится добрее и звонче.