Сказка про Кота и Попугая, которые стали друзьями

В одной светлой квартире на солнечной стороне жил важный и пушистый кот по имени Маркиз. Он считал себя полным хозяином всех комнат, диванов и подоконников. Его дни проходили в размеренном графике: поспать на кресле, поесть, посмотреть в окно на голубей и снова поспать.

— Мур-мур-мур, — довольно урчал Маркиз, сворачиваясь калачиком на хозяйском пледе. — Хорошая жизнь. Тёплая. Сытная. Спокойная.

Но однажды его спокойной жизни пришёл конец. Хозяева принесли домой большую клетку, а в ней — шумного, яркого, как радуга, попугая по имени Жако.

Попугай с первого дня стал вести себя как хозяин положения. Он громко свистел, кричал «Привет!» и «Как дела?», раскачивался на кольце и щёлкал семечки, разбрасывая шелуху по всему полу.

— Привет! Привет! — орал Жако с утра пораньше. — Как дела? С добрым утром!

Маркиз был в шоке. Этот шум мешал ему спать! Он подошёл к клетке, прищурил глаза и сказал низкое, угрожающее:

— Мррррр... Тише там, пёстрая птица. Не то съем. Я тебя предупредил.

Жако, вместо того чтобы испугаться, наклонил голову набок и весело прокричал:

— Съешь! Съешь! Молодец! Ха-ха-ха! Кто не спрятался, я не виноват!

Кот от неожиданности даже попятился. Такого нахальства он ещё не встречал.

— Ты... ты что, не боишься меня? — опешил Маркиз.

— Боюсь! Боюсь! — передразнил попугай. — А ты меня боишься? Боишься?

Так началась их холодная война. Маркиз дежурил под клеткой, мечтая о моменте, когда дверца случайно откроется. Он сидел часами, не сводя глаз с попугая, и облизывался.

— Попадёшься ты мне, — шипел кот. — Выпадешь из клетки — я тут как тут.

А Жако, когда кот засыпал, начинал подражать звуку будильника или мяуканью, доводя Маркиза до белого каления.

— Мяу-мяу-мяу! — кричал попугай тоненьким голоском. — Маркиз, вставай! Маркиз, кушать подано!

Кот подскакивал, думая, что зовут обедать, а потом понимал, что это насмешка, и злобно косился на клетку.

— Ты у меня дождёшься! — рычал он.

Они могли часами сидеть и смотреть друг на друга: один — с ненавистью, другой — с дерзким любопытством.

Всё изменилось в один дождливый субботний день. Хозяева ушли по делам, забыв плотно закрыть дверцу клетки. Жако, всегда искавший приключений, быстро сообразил, как её отодвинуть клювом.

— Ура! — закричал он. — Свобода! Дверь открыта!

Он вылетел из клетки и с восторгом носился по комнате, хлопая крыльями и крича:

— Свобода! Свобода! Я лечу! Я птица!

Маркиз, дремавший на диване, приоткрыл один глаз и насторожился. «Ну, сейчас я тебя поймаю», — подумал он и приготовился к прыжку.

Но Жако был слишком быстрым. Он перелетал с люстры на шкаф, со шкафа на полку, и кот никак не мог его достать.

— Не поймаешь! Не поймаешь! — дразнился попугай. — А я умный! Я быстрый!

Но его веселье длилось недолго. Завидев на столе блестящую вазу, он решил на неё приземлиться — уж очень красиво она сверкала. Жако не рассчитал траекторию и зацепился коготком за край скатерти.

— Ой-ой-ой! — закричал он.

Раздался звон, ваза упала на пол и разбилась на мелкие осколки, а сам Жако запутался в скатерти и не мог выбраться, отчаянно хлопая крыльями и пища от страха.

— Помогите! — кричал он. — Я запутался! Спасите!

Маркиз, разбуженный грохотом, подошёл к месту происшествия. Он увидел беспомощного попугая, который бился в ткани, запутываясь всё сильнее и сильнее.

Первой мыслью кота была: «Вот он, мой шанс! Наконец-то эта противная птица попала в мои лапы!»

Он уже приготовился прыгнуть, но вдруг увидел глаза Жако. В них не было нахальства и дерзости — там был настоящий страх. Попугай смотрел на кота и тихонько попискивал, как маленький птенец.

— Маркиз... — прошептал Жако. — Помоги...

И тут с Маркизом что-то случилось. Вместо злорадства он почувствовал странное чувство — жалость. Он вдруг представил себя на месте попугая: одиноким, запутавшимся, неспособным помочь себе, а рядом — враг, который только и ждёт, чтобы съесть.

— Эх, — вздохнул кот. — Ну почему я такой добрый?

Не говоря ни слова, он осторожно подошёл к скатерти. Жако зажмурился, думая, что сейчас его съедят. Но Маркиз не стал царапаться или кусаться. Вместо этого он аккуратно вцепился когтями в ткань рядом с попугаем и потянул её на себя, освобождая птицу.

Жако выкатился на пол, отряхнулся и с удивлением посмотрел на кота.

— Ты... ты меня не съел? — неуверенно спросил он, всё ещё дрожа.

— Не съел, — буркнул Маркиз, отворачиваясь. — Скатерть новая, испортишь — нам обоим влетит от хозяев. И вообще, ты такой худой — одни перья. Что с тебя есть?

— А я думал... — начал Жако.

— Мало ли что ты думал, — перебил кот. — Лучше помоги осколки прибрать, пока хозяева не пришли.

— Как? — удивился попугай.

— Ну... клювом, что ли. Собери в кучку.

И они принялись убирать. Кот лапой сгребал крупные осколки в сторону, а попугай клювом подбирал мелкие и складывал их в уголок. Работали они молча, но как-то слаженно.

В этот момент они услышали ключ в двери. Хозяева вернулись! Они вошли в комнату и замерли: на полу лежала разбитая ваза, а рядом сидели кот и попугай — рядышком, как два заговорщика.

— Что здесь произошло? — спросила хозяйка.

Жако и Маркиз переглянулись.

— Я... — начал было Жако.

— Мы не знаем, — вдруг сказал Маркиз. — Мы спали. Наверное, ветром из окна дунуло.

Хозяйка посмотрела на закрытое окно, потом на своих питомцев и улыбнулась.

— Ладно, — сказала она. — Ваза старая. Главное, что вы целы. Идите, я уберу.

С этого дня всё перевернулось. Жако перестал дразнить Маркиза. Он даже научился говорить новые слова.

— Маркиз — хороший! — кричал он теперь, когда кот входил в комнату. — Маркиз — друг!

А Маркиз перестал дежурить под клеткой. Наоборот, он теперь любил лежать рядом, на теплом полу под лампой, пока Жако что-то рассказывал ему на своём птичьем языке. Иногда попугай сыпал семечки прямо коту на нос, и Маркиз лениво их слизывал.

— Скучаешь без меня? — спрашивал Жако.

— Мур-р-р, — отвечал Маркиз, что означало «отстань, но вообще-то да».

Они нашли общее дело: попугай, сидя на плече у кота, мог достать закатившуюся под шкаф игрушку, а кот мог лапой катить по полу мячик, который попугай ловил клювом и забрасывал обратно.

— Лови! — кричал Жако, бросая мячик.

— Мур, — лениво отбивал его кот.

Иногда они вместе смотрели в окно. Маркиз показывал лапой на голубей:

— Видишь тех жирных? Вот бы поймать...

— Не надо, — говорил Жако. — Они мои родственники, только глупые. Пусть летают.

Они стали неразлучными друзьями. Маркиз научил Жако наблюдать за жизнью двора и находить самые тёплые места для сна, а Жако развлекал кота песнями и рассказами о дальних странах, откуда его привезли.

— Там, где я родился, — рассказывал Жако, — всегда тепло. И растут такие вкусные фрукты...

— А мыши там есть? — интересовался Маркиз.

— Есть, но другие. Не такие, как здесь.

Вечерами, когда хозяева гасили свет, попугай накрывался крылом в своей клетке, а кот спал на диване рядом, и оба знали, что они не одни. Иногда, среди ночи, Жако тихонько спрашивал:

— Маркиз, ты спишь?

— Мур-мур, — доносилось с дивана, что означало «сплю, но если что-то случилось, я здесь».

Так кот и попугай, которые должны были быть врагами, доказали всем, что дружба может возникнуть между самыми разными существами. Главное — дать друг другу шанс и не судить по первым впечатлениям. А ещё — вовремя помочь выпутаться из неприятностей, даже если это неприятности твоего бывшего врага.

А на подоконнике в той светлой квартире теперь часто можно было увидеть удивительную картину: пушистый рыжий кот и яркий зелёный попугай сидят рядышком и смотрят на закат. И обоим хорошо.