Сказка про Слона, Бегемота и Носорога, кто самый сильный

В жаркой африканской саванне, где высокие травы колышутся, как волны в океане, а баобабы стоят, словно великаны, охраняющие покой, жили три необыкновенных силача. И ни один зверь во всей округе не мог с ними сравниться в силе и могуществе.

Слона звали Могучий Хобот. Он был самым мудрым и самым большим. Когда он шёл по саванне, земля дрожала, а птицы взлетали высоко в небо. Его бивни были такие длинные и крепкие, что могли вырвать с корнями любое дерево, а хобот мог поднять валун, с которым не справились бы и десять зебр.

Бегемота звали Тяжёлая Челюсть. Он жил в реке и вылезал на берег только по ночам, чтобы пощипать травку. Днём он лежал в воде, выставив наружу только глаза и ноздри, и казалось, что это просто большие камни торчат из воды. Но горе тому, кто приближался к реке, когда Бегемот был не в духе! Его челюсти могли перекусить бревно толщиной в дерево.

Носорога звали Крепкий Лоб. Он был упрямый, неразговорчивый и всегда ходил с низко опущенной головой. Казалось, он вечно кого-то высматривает, чтобы зарядить своим мощным рогом. Если Носорог разгонялся, его не мог остановить никто — он пробивал любые заросли, сносил термитники и даже заставлял разбегаться в стороны испуганных антилоп.

И каждый из них считал себя самым сильным в саванне.

Слон говорил:

— Посмотрите на меня! Я самый большой. Я могу поднять хоботом такое, что никому и не снилось. Значит, я самый сильный.

Бегемот в ответ фыркал:

— Подумаешь, хобот! А ты попробуй перекусить толстое бревно! У меня челюсти такие, что крокодилы дрожат, когда я рядом. Я в воде хозяин, а вода — это сила!

Носорог молчал, но его взгляд говорил яснее всяких слов:

— Вот разбегусь и пробью любую стену. А вы со своей силой потом собирайте по кусочкам то, что я протаранил. Мой рог — вот где настоящая мощь.

И так они спорили каждый день. Соберутся у водопоя, напьются воды и начинают:

— Я сильнее! — Нет, я! — Да я вас обоих одной левой!

Зебры и антилопы, газели и жирафы, обезьяны и страусы — все с опаской поглядывали на великанов, боясь, что спор перейдёт в драку. А если трое таких силачей подерутся, то от саванны одни руины останутся.

Однажды утром, когда спор был особенно жарким, и Слон уже начал раскачивать хоботом баобаб, чтобы доказать свою мощь, а Носорог разбежался и протаранил большой камень, расколов его на две половинки, а Бегемот вышел из воды и разломил челюстями толстое бревно, случилось ужасное.

Со стороны реки донесся отчаянный крик. Это кричал жираф, который, благодаря своей длинной шее, всегда видел всё первым.

— Помогите! — кричал он, размахивая длинной шеей. — Беда! Беда! Река меняет русло!

Все звери бросились к реке. И правда — после сильных дождей в горах вода пробила себе новое русло в мягкой песчаной почве. Теперь река текла не к главному водопою, где все звери привыкли пить, а в сторону, уходя в пустыню. Вода уходила, уровень в водопое падал прямо на глазах.

— Что же делать? — запричитали антилопы. — Мы погибнем без воды!

— Вся саванна погибнет! — поддержали их зебры. — И трава засохнет, и деревья!

Старый мудрый жираф оглядел всех и сказал:

— Нужно срочно строить плотину. Запрудить новое русло камнями и брёвнами, чтобы вода пошла обратно, в старое.

— Но кто же это сделает? — спросила маленькая газель. — Это же такая работа — неподъёмная!

И тут все звери посмотрели на трёх силачей.

Слон, Бегемот и Носорог стояли, опустив головы. Их спор вдруг показался им таким глупым и ничтожным перед лицом общей беды.

— Ну что, силачи? — спросил жираф. — Будете дальше спорить, кто из вас самый сильный, или спасёте свой дом? Пока вы спорили, вода ушла. Теперь покажите, на что вы способны по-настоящему.

Три великана посмотрели на уходящую воду, потом друг на друга. И впервые за долгое время в их глазах не было соперничества. Там была решимость.

— Я буду таскать самые тяжёлые камни и стволы, — первым предложил Слон. — Мой хобот и бивни для этого лучше всего подходят.

— А я, — сказал Бегемот, — буду работать в воде. Я могу поднимать со дна огромные валуны и ставить их точно на место. Мне вода не страшна, я в ней как рыба.

— А я буду таранить и утрамбовывать, — проворчал Носорог. — Чтобы плотина была крепкой и никакая вода её не сломала. Мой лоб и рог для этого и созданы.

И они принялись за работу. И это было зрелище, которое звери саванны запомнили на всю жизнь.

Слон своим хоботом сдвигал с места огромные камни, которые никто другой даже пошевелить не мог. Он обхватывал их, поднимал в воздух и нёс к новому руслу, где уже ждал Бегемот. Толстые брёвна, вырванные с корнем из земли, он тащил волоком, оставляя за собой глубокие борозды.

Бегемот нырял в воду и поднимал со дна тяжёлые глыбы песчаника. Он работал как подводный кран: подавал камни Слону, а те, что поменьше, укладывал сам, создавая основание плотины.

А Носорог, дождавшись, когда Слон и Бегемот установят очередной камень или бревно, разбегался и с силой вгонял его в песок и глину, утрамбовывая так, что конструкция становилась монолитной, непробиваемой.

— Давай, давай! — подбадривали их зебры. — Ещё немного! — кричали газели.

Остальные звери тоже не стояли без дела. Кто помогал оттаскивать ветки, кто связывал их лианами, чтобы потом укладывать между камнями. Даже маленькие сурикаты, самые мелкие из всех, утрамбовывали песок вокруг плотины своими лапками, затыкая малейшие щёлочки.

Работа спорилась. Там, где один великан был бы бессилен, трое, работая вместе, делали невозможное. Они не ссорились, не спорили, не выясняли, кто главнее. Каждый делал то, что умел лучше всего, и дополнял другого.

Солнце поднялось высоко, потом начало клониться к закату. И к тому времени, когда небо окрасилось в оранжевые и розовые тона, плотина была готова. Высокая, широкая, крепкая, она перегородила новое русло, не оставив воде ни единого шанса.

Вода встретила преграду, остановилась, заколебалась, а потом, словно подумав, стала медленно поворачивать обратно. Сначала тоненьким ручейком, потом шире, шире — и вдруг мощным потоком хлынула в старое русло, к пересохшему было водопою.

— Ура! — закричали все звери. — Получилось! Вода пошла!

Три великана, покрытые грязью, мокрые, уставшие до такой степени, что еле стояли на ногах, смотрели на свою работу. Они были счастливы, как никогда.

Звери саванны устроили им грандиозную овацию. Они хлопали копытами, махали хвостами, прыгали и кричали.

Когда шум немного утих, Слон повернулся к своим товарищам и спросил:

— Ну что, друзья, кто же из нас теперь самый сильный?

Бегемот, тяжело дыша, вылез из воды, отряхнулся и хрюкнул:

— Самый сильный? Да мы сегодня все вместе были самыми сильными! Поодиночке мы бы до ночи провозились, а то и вовсе не справились бы.

Носорог, что было совсем удивительно, улыбнулся (насколько это вообще возможно для носорога) и сказал:

— Он прав. По отдельности мы — просто большие и сильные. А вместе мы — сила, которая может реку повернуть вспять. Спорить о силе — глупо. Надо просто делать дело, и тогда сила сама себя покажет.

Все звери закивали в знак согласия. А старый жираф подошёл поближе и сказал:

— Вы сегодня доказали, что настоящая сила — не в том, чтобы хвастаться, а в том, чтобы объединиться, когда приходит беда. И мы все вам очень благодарны.

С тех пор Слон, Бегемот и Носорог больше никогда не спорили, кто из них сильнее. Они стали лучшими друзьями и главными защитниками саванны. Теперь, если случалась какая-то беда — наводнение, засуха, нашествие хищников или пожар, — все звери знали, к кому идти за помощью.

— Идём к трём друзьям, — говорили они. — Они всегда помогут.

А водопой, который они спасли, с той поры так и назвали — «Водопой трёх друзей». И каждый вечер, когда солнце садилось за горизонт, Слон, Бегемот и Носорог приходили туда, пили свежую воду и вспоминали тот день, когда они вместе победили реку.

И маленькие зверята, глядя на них, учились самому главному: сила не в том, чтобы быть первым, а в том, чтобы быть вместе, когда это нужно.