Сказка про Лису и Кота, который гулял сам по себе

В деревню Подберёзкино, что стояла на самом краю дремучего леса, где избы были старые, заборы кривые, а куры — жирные и важные, как раз под вечер как-то забрёл уличный Кот. Не просто какой-нибудь замурзанный бродяга, а настоящий франт и философ. Шерсть у него была хоть и потрёпанная долгими странствиями, но всегда чисто вылизана, усы торчали в стороны, как наточенные проволочки, а взгляд — спокойный, чуть насмешливый и невероятно уверенный. Этот Кот гулял сам по себе — ничей, сам себе хозяин. Он знал все деревенские закоулки, все дыры в заборах, все места, где добрая бабушка могла вынести плошку молока, а злая — запустить веником. Собак он не боялся, потому что умел вовремя взлететь на дерево или забор, а людей считал существами полезными, но немного предсказуемыми.

И вот увидела этого Кота местная лесная плутовка — рыжая Лиса, которая частенько наведывалась в Подберёзкино в поисках лёгкой добычи, когда в лесу с едой становилось туго. Пригляделась она к незнакомцу, сидя в кустах у околицы, и подумала: «Ага! Собрат по разуму, сразу видно. Не какой-нибудь домашний балбес, что только и умеет, что на печи лежать. Такой ловкий, поджарый, наверняка не раз курятники обчищал. С таким союзником можно не просто пару кур утащить, а вообще весь птичий двор как на ладони иметь!»

Выждала она момент, когда Кот уселся на завалинке крайней избы и начал лениво умываться, и подкатила к нему, виляя хвостом и придав своему голосу побольше медовой сладости:

— Ох, здравствуй, мил-дружок! Здравствуй, ясный сокол! — запела она, выходя из тени. — Вижу, ты парень бывалый, тертый, ветром путешествий продутый. Я тут все местные тропки знаю, как свои пять пальцев, но для одного деликатного дельца мне нужен напарник, глазастый да хитрый. В самом конце деревни, за огородами, есть один курятник. Куры там — просто загляденье, жирные, сонные, а охрана — так, для виду, старый пёс на цепи дрыхнет без задних лап. Давай вместе сходим? Я тебе покажу, где подкоп сделать, а ты, как более юркий, внутрь пролезешь. Добычу — пополам, по-честному! Как тебе такая авантюра, а?

Кот, который на самом деле уже успел за пару дней не только побывать в том самом курятнике, но и подружиться с местным псом, угостив его краюхой хлеба, и даже выпросить у хозяйки кусок колбасы, лениво повернул голову и посмотрел на Лису своим невозмутимым, чуть прищуренным взглядом. Он моментально раскусил Лисины хитрости. Он понял, что она хочет использовать его как таран, а сама, скорее всего, в случае чего, сбежит первой, оставив его разбираться с людьми и собакой. Но Кот был не из тех, кто отказывается от развлечений. Он решил не отказываться сразу, а немного поиграть с хитрой плутовкой.

— Пополам, говоришь? — переспросил он медленно, с расстановкой, и продолжил начисто вылизывать свою и без того чистую лапу. — Что ж, предложение заманчивое. Я, знаешь ли, как раз приглядывался к тому курятнику. Есть там один ход... идеальный. Тихий, безопасный, никто не знает. Я тебя проведу. Только чур, уговор дороже денег: строго пополам, честно, без обмана. Если я тебя веду, значит, моя доля — самая лучшая. Договорились?

Лиса чуть не подпрыгнула от радости на месте, еле сдержалась, чтобы не завилять хвостом как собака. «Вот дурак! — подумала она про себя, довольно ухмыляясь. — Сейчас мы наедимся от пуза, а потом я этого простачка ещё и кину, если что!»

— Договорились, договорились, золотой мой! — закивала она, прижимая лапы к груди. — Я сама честность! Веди, показывай свой ход!

Ночью, когда луна спряталась за тучи и в деревне погасли последние огни, они отправились на дело. Кот шёл впереди уверенной, бесшумной походкой, виртуозно маневрируя между старыми заборами, поленницами дров и спящими собачьими будками. Лиса, хоть и считала себя главной хитрюгой, с трудом поспевала за ним, то и дело застревая в узких проходах.

— Ты куда прёшь? — шипела она. — Там же крапива!

— Тише, — оборачивался Кот. — Хочешь кур — терпи. Крапива для здоровья полезно, шерсть чистит.

Наконец они добрались до задней стенки курятника. Кот остановился и указал лапой вверх. — Вот, — прошептал он едва слышно. — Видишь ту узкую щель под самой крышей, где доска от гвоздя отошла? Туда только и надо. Собака, как я тебе говорил, у входа спит, а здесь — ни души. Я этим ходом уже раз сто пользовался. Полная безопасность.

Лиса прищурилась, вглядываясь в темноту. Щель и правда была, но до ужаса узкая — даже на её взгляд. — Да ты что, издеваешься? — прошипела она недоверчиво. — Туда же мышь не пролезет, не то что я!

— Э, нет, подруга, — усмехнулся Кот. — Ты просто не умеешь. Главное — технику соблюдать. Смотри и учись.

Кот, худой и гибкий, как уж, ловко подпрыгнул, вцепился когтями в доску, подтянулся и, извиваясь всем телом, словно перетекая, проскользнул в щель, оставив снаружи только кончик пушистого хвоста, который на мгновение мелькнул и исчез внутри.

— Ну, я внутри! — донёсся его приглушённый, довольный голос из темноты курятника. — Проходи, партнёрша, чего застряла? Не задерживайся, куры скоро просыпаться начнут!

Лиса, недолго думая и подгоняемая азартом, сунула голову в щель. Голова пролезла. Передние лапы пролезли. Но её пышный, упитанный зад, её роскошный, пушистый хвост, которым она так гордилась, намертво застряли! Она дёрнулась вперёд — ни в какую. Дёрнулась назад — тоже безрезультатно. Она оказалась в дурацкой, унизительной ловушке: наполовину в курятнике, наполовину снаружи, беспомощно болтая задними лапами в воздухе.

— Кот! — зашипела она отчаянно, пытаясь вывернуться. — Кот, ты где?! Я застряла! Что делать? Вытащи меня скорее!

Внутри курятника послышалось лёгкое шуршание, и на полке, прямо перед носом у Лисы, возник довольный Кот. Он сидел, аккуратно обернув хвост вокруг лап, и с невозмутимым видом наблюдал за её мучениями.

— Ох, какая досада, — произнёс он с притворным, даже несколько театральным сожалением, покачивая головой. — Какая же ты, Лисонька, неповоротливая. Видимо, порода у тебя не та. Или диета неправильная. Слишком много кур, наверное, ела, пока по лесу бегала, в форму войти не мешало бы. Ну что ж, раз уж так вышло, нашу сделку, видно, придётся пересмотреть.

— Какую ещё сделку? — прохрипела Лиса, дёргаясь. — Вытаскивай давай!

— А такую, — спокойно пояснил Кот, начиная вылизывать усы. — Раз ты не можешь попасть внутрь, значит, и добыча тебе не светит. Какой же ты мне напарник, если наполовину снаружи торчишь? Ты тут, считай, даже не участник процесса. Так, наблюдатель. А наблюдателям, сам понимаешь, доля не положена. Так что весь улов, получается, мой. Один я сегодня стараюсь.

— Ах ты, прохвост усатый! — взвизгнула Лиса, но кричать громко побоялась. — Ты меня обманул! Ты специально меня сюда завёл!

— Я? Обманул? — притворно удивился Кот, широко раскрыв глаза. — Помилуй, Лисонька. Я тебя предупреждал: «строго пополам». Но чтобы делить что-то пополам, надо это «что-то» вместе добыть. А ты тут как бы не при делах. Так что сиди тихо, не шуми, а я, пожалуй, пойду, делом займусь. Не скучай!

И с этими словами ловкий Кот, который, конечно же, и не собирался трогать ни одну курицу (потому что не воровал, а если и брал, то только то, что плохо лежало, да и то по-джентльменски), бесшумно спрыгнул с полки, прошмыгнул через другую, известную только ему маленькую дырочку в углу, и исчез в ночи, даже не попрощавшись.

Лиса же провисела в этой щели до самого утра, проклиная всё на свете, Кота, свою глупость, свою жадность и узкую доску. Она дёргалась, пыхтела, пыталась вылезти, но только ещё плотнее застревала. На рассвете её обнаружил хозяин курятника, вышедший задать корм птице. Увидев такую картину — рыжий пушистый хвост и зад, торчащие из стены, он сначала опешил, а потом, взяв веник, задал Лисе такую трёпку, что она навсегда запомнила, как пахнет берёзовый веник и как громко может ругаться мирный деревенский дед.

Отделалась она, конечно, лишь парой синяков да выдернутым клоком шерсти, но урок усвоила на всю оставшуюся жизнь.

С тех пор Лиса обходила деревню Подберёзкино десятой дорогой, а если случайно видела где-нибудь уличного кота, то сразу меняла курс и делала вид, что очень занята рассматриванием травинок. Она наконец-то поняла, что фраза «гулять сам по себе» — это не про одиночество. Это значит быть достаточно умным, чтобы не лезть в чужие авантюры, достаточно хитрым, чтобы видеть людей насквозь, и достаточно ловким, чтобы всегда иметь запасной выход. А ещё это значит, что такого кота нельзя использовать втёмную — он сам кого хочешь использует.

А тот самый хитрый Кот так и продолжил гулять сам по себе, ни от кого не завися. Иногда он сидел на заборе, щурился на солнышко и тихонько посмеивался в усы, вспоминая, как одна рыжая плутовка висела вверх хвостом и звала его на помощь. И было ему тепло и весело на душе, потому что жизнь удалась, а глупых учить — одно удовольствие.