Сказка про Лису, Ворону и новый способ пения

В старом лесу у дороги, там, где ветер любил шелестеть листвой, а солнце по утрам золотило верхушки сосен, стояло высокое ветвистое дерево. На его самой толстой и удобной ветке любила сидеть важная Ворона. Ворона была птицей опытной, видавшей виды, и в клюве она часто держала что-нибудь вкусное: то орех, расколотый пополам, то кусочек хлеба, стащенный с крыльца лесника, а то и ароматный сыр, добытый неизвестно где. И все лесные звеи прекрасно знали, что под этим деревом вечно крутится хитрая Лиса Алиса — главная лесная мастерица по части выманивания чужих обедов.

Но Ворона была уже не та глупая птица, что когда-то давно попалась на лесть и уронила сыр в басне. О нет! Она хорошо запомнила тот старый трюк с комплиментами и песенками. Теперь она вела себя по-другому: крепко-накрепко зажимала добычу в клюве и не раскрывала его ни на миллиметр, даже если очень хотелось каркнуть или сказать что-нибудь язвительное Лисе в ответ. Она просто молчала, закатывала глаза и смотрела на рыжую плутовку свысока с чувством собственного превосходства.

Вот и в этот раз Вороне невероятно повезло: у неё в клюве оказался аппетитный, источающий божественный аромат кусочек сыра. Твёрдого, с дырочками, такого, от которого слюнки текут у любого, кто его видит. Лиса Алиса, проходя мимо по своим лисьим делам, тут же учуяла этот запах и, как заворожённая, подбежала к дереву.

— Здравствуй, голубушка! — начала она самым сладким голосом, на который была способна. — Какая приятная встреча! Что это у тебя там такое ароматное? Прямо дух захватывает!

Ворона покосилась на неё, но ничего не ответила. Она лишь презрительно наклонила голову набок и крепче сжала сыр клювом. "Знаем мы эти штучки, — думала она про себя. — Раскрою рот — сыр упадёт. Не на ту напала, рыжая".

Лиса поняла, что старый, проверенный метод не работает. Но она была не из тех, кто легко сдаётся.

— Ах, какая у тебя красивая, блестящая шейка! — продолжала она, не унимаясь. — А голос, я слышала, у тебя просто божественный! Спой же мне что-нибудь, дорогая! Удиви своим искусством!

Ворона лишь закатила глаза так выразительно, что это было видно даже с земли, и зажала сыр ещё крепче. "Размечталась", — подумала она. Тупик. Лиса поняла, что лобовая атака провалилась.

Но тут в её хитрой голове созрел новый, гениальный план. Она сделала удивлённое лицо, будто только что вспомнила что-то важное.

— Ой, подожди-ка! — воскликнула она. — Я, кажется, поняла! Ты, наверное, тоже слышала о новом веянии в вокальном искусстве? Ну конечно, такая продвинутая, современная птица, как ты, просто обязана быть в курсе!

Ворона насторожилась. Уши (точнее, то, что у птиц вместо ушей) навострились. Любопытство — страшная сила, даже для самой опытной вороны. Но сыр она продолжала держать крепко.

— Да-да, ты не поверишь! — продолжала Лиса, расхаживая под деревом и заговорщически понизив голос. — Старое пение с открытым клювом — это уже полный моветон, прошлый век, каменный век! Все передовые, самые модные певцы теперь поют с закрытым ртом! Это называется «внутреннее резонирование» или «закрытый вокал». Звук получается такой… таинственный, глубокий, проникновенный, прямо в душу!

Ворона слушала и ушам своим не верила. Петь с закрытым клювом? Да как такое вообще возможно? Это же против законов физики и биологии!

— Не веришь? — угадала её мысли Лиса. — Смотри!

И она, подняв морду к небу, плотно сомкнула челюсти и издала странный, необычный звук. Не то чтобы мурлыканье, не то чтобы повизгивание, но довольно мелодичное и завораживающее. Она «пела» с абсолютно закрытой пастью, издавая вибрацию где-то в горле.

— М-м-м-р-р-р-ви-ви-ви-м-м-м… — тянула Лиса, зажмурившись от усердия и артистизма. — Слышишь? Это и есть тот самый новый стиль! Весь лес уже только так и поёт, а ты, бедняжка, всё по старинке, с открытым клювом? Как не стыдно!

Ворона была озадачена до крайности. Она видела много лисиных уловок за свою долгую жизнь, но такую — впервые. Её профессиональное птичье любопытство и тщеславие (ведь она считала себя самой модной птицей в лесу) начали пересиливать осторожность. "Петь с закрытым клювом? Не может быть! А вдруг и правда новый тренд? Я же отстану от жизни, надо мной все смеяться будут!"

Лиса, видя, что Ворона колеблется, и чувствуя запах близкой победы, «запела» ещё выразительнее, ещё проникновеннее, чуть ли не танцуя под деревом.

Наконец Ворона не выдержала. Любопытство взяло верх над здравым смыслом. Она слегка, самую малость, приоткрыла клюв, чтобы спросить у Лисы:

— И как же э-э-то у тебя... р-р-р...

Но договорить она не успела. В тот же миг сыр, оставшийся без надёжной фиксации, выпал из её клюва и камнем полетел вниз.

Быстрее молнии, быстрее, чем можно было подумать, Лиса подскочила, ловко поймала сыр на лету прямо перед самой землёй и, уже широко открыв пасть от восторга и наглости, крикнула вверх:

— Вот так, голубушка! Вот такой он, новый способ пения! Спасибо тебе огромное за наглядный урок и за сыр! М-м-м-р-р-р, вкуснота!

И она, довольно хохоча, умчалась в ближайшие кусты, оставив Ворону сидеть на ветке с пустым клювом и чувством глубокого, вселенского облома.

Ворона долго сидела неподвижно, переваривая случившееся. Обида душила её. Но сквозь досаду и злость в её чёрных глазах начало проклёвываться невольное уважение к этой рыжей авантюристке.

— Вот это да, — прошептала она наконец. — Вот это хитрость! Нет, вы только подумайте! Не стои́т на месте прогресс. Эволюционирует лисья наука. Надо будет теперь не только рот не открывать, но и вообще ничему не удивляться и мысли свои при себе держать. А то так и без обеда останешься.

С тех пор Ворона стала ещё мудрее, ещё осторожнее и подозрительнее. Теперь она не верила никаким новомодным веяниям, особенно если они исходили от Лисы.

А Лиса иногда, проходя мимо того самого дерева, лукаво подмигивала вверх и цокала языком, напоминая о том, что в искусстве обмана, как и в пении, всегда есть место для новых, самых неожиданных открытий. И что иногда самый верный способ заставить кого-то открыть рот — это рассказать ему о новом, суперсовременном способе... петь с закрытым.