Сказка о том, как Кузнечик стрекозу спас
Жил-был в высокой зелёной траве, на самом краю солнечного луга, весёлый кузнечик по имени Скок. Он был маленьким, зелёным и очень-очень шустрым. Целыми днями Скок прыгал с травинки на травинку, кувыркался в воздухе и играл на своей любимой скрипочке такие весёлые мелодии, что все цветы на лугу начинали кивать головками в такт.
А ещё на этом лугу жила стрекоза по имени Звоня. Она была красавицей — с прозрачными, сверкающими на солнце крылышками и большими глазами, которые видели всё вокруг. Звоня обожала быстро-быстро летать над лугом, рассекая воздух, и от её полёта раздавался тонкий, звонкий звук: з-з-з-з-з-з!
Скок и Звоня часто встречались взглядами, но как-то не решались познакомиться. Кузнечик думал: «Она такая красивая и быстрая, куда мне до неё!». А стрекоза думала: «Он такой маленький, вдруг я его нечаянно крылом задену?».
И вот однажды солнечным днём, когда всё вокруг радовалось теплу, случилась беда.
Стрекоза Звоня, как всегда, мчалась над лугом, любуясь цветами. Она разогналась так сильно, так быстро, что не заметила впереди большую, страшную паутину, которую сплёл старый хитрый Паук между двумя высокими стеблями крапивы. И врезалась прямо в неё!
Липкие, противные нити мгновенно облепили её крылья, лапки, всё её стройное тело. Звоня дёргалась, билась, пыталась вырваться, звенела изо всех сил:
— Помогите! Кто-нибудь! Я запуталась! З-з-з-з!
Но липкие нити держали её крепко, и с каждым движением запутывали только сильнее.
А из тёмного угла паутины, из-под широкого лопуха, уже выползал её хозяин — большой, мохнатый, восьминогий Паук. Он довольно потирал передние лапки, глаза его злобно поблёскивали.
— Ага-а-а, — прошипел он, приближаясь к беспомощной стрекозе. — Какая вкусная, какая звонкая муха ко мне в гости залетела! Сейчас я позавтракаю!
Звоня зажмурилась от ужаса. Ей казалось, что всё кончено.
Но маленький кузнечик Скок сидел на своей травинке неподалёку и видел всё своими глазами. Видел, как стрекоза врезалась в паутину, видел, как она отчаянно бьётся, видел, как выползает страшный Паук. У самого Скока от страха задрожали коленки и усики.
— Ой-ой-ой, — прошептал он. — Какой большой! Сейчас он съест Звоню! Что же делать?
Он хотел спрятаться поглубже в траву, зажмуриться и ничего не видеть. Но тут он услышал слабый, отчаянный звон стрекозы, и ему стало так стыдно за свой страх, что он чуть не заплакал.
— Нет! — твёрдо сказал себе Скок. — Я не могу бросить её в беде! Даже если я маленький, я должен попробовать!
Он собрал всю свою храбрость, какая только была в его маленьком кузнечичьем сердце, разбежался на своей травинке, оттолкнулся изо всех сил и — прыг! — приземлился прямо на самый край паутины. Паутина качнулась и неприятно задрожала под его ногами.
— Держись, Звоня! Я здесь! — крикнул он, хотя сам дрожал, как осиновый лист.
И он начал быстро-быстро, изо всех сил перегрызать липкие нити своими маленькими, но очень острыми и сильными челюстями. Хрум-хрум-хрум!
Паук увидел непрошеного гостя и страшно разозлился.
— Ах ты, зелёный прыгунчик! — зашипел он. — Сейчас ты у меня тоже попадёшь в мою коллекцию! Я и тебя съем!
И он бросился на кузнечика, перебирая всеми восемью лапами. Он был уже совсем-совсем близко, его мохнатые лапы тянулись к Скоку, ещё секунда — и он схватит его.
— Скок, берегись! — закричала стрекоза.
Но кузнечик не испугался. В самый последний миг, когда паук был уже в сантиметре от него, Скок изо всех сил перекусил самую главную, самую толстую нить, на которой держалась вся паутина!
БАХ!
Вся паутина мгновенно обмякла, порвалась и повисла бесформенной тряпочкой. Паук, не ожидавший такого, кубарем полетел вниз, в крапиву, запутался в собственных нитях и только сердито засопел от досады.
А стрекоза Звоня вдруг почувствовала, что липкие нити больше не держат её. Она дёрнулась сильнее — и вырвалась на свободу! Её крылышки расправились, и она громко-громко, победно зазвенела:
— З-з-з-з-з-з-з! Я свободна! Ура!
Она взмыла высоко в небо, сделала круг над лугом и спустилась к кузнечику, который сидел на травинке и никак не мог отдышаться.
— Скок! — воскликнула Звоня, глядя на него с восхищением. — Ты такой храбрый! Ты спас мне жизнь! Я думала, мне конец, а ты не побоялся этого страшного паука! Спасибо тебе огромное!
Кузнечик смущённо потупился и почесал лапкой затылок.
— Да ладно тебе, Звоня, — сказал он. — Я просто очень испугался за тебя. И за себя, честно говоря, тоже. Но друзей в беде бросать нельзя, правда?
— Правда! — засмеялась стрекоза. — Теперь мы с тобой — настоящие друзья. Самые лучшие на всём лугу!
С тех пор кузнечик Скок и стрекоза Звоня стали неразлучны. Они вместе встречали рассветы, вместе провожали закаты. Кузнечик прыгал по траве и играл для Звони на своей скрипочке весёлые песенки, а Звоня кружилась над ним в танце и звенела в такт.
Но дружба их была не только в играх. Однажды, когда Скок беззаботно скакал по открытой полянке, с неба вдруг камнем начала падать большая, прожорливая птица, которая хотела схватить кузнечика.
— Скок, опасность! — зазвенела Звоня что было сил. — Птица!
Она бросилась наперерез птице и закружилась прямо перед её носом, сверкая крыльями и оглушительно звеня. Она металась туда-сюда, не давая птице прицелиться, и звенела так громко, так отчаянно, что птица растерялась, испугалась и улетела прочь, подальше от этого шума.
— Фух, — выдохнул Скок, спрятавшись под листок. — Спасибо, подруга! Ты и меня спасла!
— Мы же друзья, — улыбнулась Звоня. — А друзья всегда выручают друг друга.
Так они и жили — маленький, но храбрый кузнечик и быстрая, звонкая стрекоза. Защищая друг друга и зная, что настоящая дружба даже самых маленьких делает большими и сильными. И даже страшный Паук, который зализывал раны в крапиве, больше никогда не подходил к их полянке, потому что знал: этих двоих лучше не трогать.