Сказка про Льва, который решил поменяться местами

В бескрайней саванне, где высокие травы шепчутся с ветром, а солнце встаёт из-за пологих холмов, Царь Лев правил мудро и справедливо. Но однажды утром он проснулся с тяжёлой головой. Ему надоело целыми днями решать споры, рычать для порядка и следить, чтобы все жили в мире.

— Хочу, как антилопы, просто бегать и жевать траву! — проворчал Лев, зевая во всю пасть. — Ни забот, ни хлопот. Встал утром, пощипал травку, попрыгал по саванне — и никакой ответственности!

Мимо пробегала гиена. Услышав ворчание Льва, она остановилась и захихикала:

— Ха-ха-ха! Лев хочет быть антилопой! Вот это новость! А что, давай устроим праздник! Пусть все поменяются!

— А что, — задумался Лев. — Это идея! Собери-ка всех на большой совет у скалы.

Гиена умчалась, разнося весть по всей саванне. И вот, когда солнце поднялось высоко, все звери собрались у подножия Львиной скалы. Пришли слоны и носороги, зебры и антилопы, бегемоты вылезли из воды, обезьяны спустились с деревьев, даже птицы уселись на ветвях, чтобы послушать.

Лев взобрался на камень и торжественно объявил:

— Сегодня у нас «День наоборот»! Каждый попробует сделать работу другого. Я буду пастись с антилопами. Бегемот попробует рычать и сторожить. А править прайдом будет… ну, скажем, Обезьяна! Она самая сообразительная.

Звери удивлённо зашумели. Слоны переглянулись, зебры зацокали копытами.

— А можно я попробую быть слоном? — спросила маленькая птичка-ткачик.

— Можно! — разрешил Лев. — Всем можно!

— А кто же будет носорогом? — засомневался Носорог. — Я, например, хотел бы попробовать быть жирафом, чтобы доставать до самых вкусных листьев.

— А я тогда буду крокодилом! — заявила Цапля. — Буду лежать в воде и щёлкать клювом.

— Ну вот и славно! — рыкнул Лев. — Начинаем!

И вот день начался. Лев отправился на пастбище. Он лёг рядом с антилопами и попытался щипать траву. Она оказалась жёсткой, горькой и совсем не насыщала. Его желудок бурчал от неудовольствия.

— Слушайте, — обратился Лев к антилопам, — и как вы это едите? Это же трава травой!

— А мы привыкли, — ответила старая антилопа, нервно оглядываясь. — Ваше величество, а вы не могли бы отойти чуть подальше? А то у нас инстинкты — пока вы рядом, мы есть не можем, всё время хочется убегать.

Антилопы, увидев льва среди себя, нервничали и не могли спокойно есть. В итоге Лев остался голодным, а антилопы — напуганными.

Тем временем Бегемот, которому досталась роль сторожа, встал на высокий холм. Он надул щёки, раскрыл свою огромную пасть и попытался издать грозный рык. Но вместо «Р-р-р-р!» у него получилось только низкое «Бу-у-у-ух!», как пузырь в болоте.

Звери, проходившие мимо, остановились.

— Это что, новый вид рычания? — спросила Зебра.

— Бу-у-ух! — повторил Бегемот. — Я теперь сторож! Всем бояться!

— Ой, не могу! — рассмеялась Зебра. — Это не рык, это ты животом надутым играешь!

Звери не испугались, а рассмеялись. А пока Бегемот «рычал» и пытался выглядеть грозно, настоящие шакалы, пользуясь суматохой, украли у страуса несколько яиц и умчались в кусты.

Страус, который в это время пытался быть орлом и сидеть на дереве, кубарем скатился вниз и бросился за шакалами, но было уже поздно.

— Караул! — закричал Страус. — Грабят! А где наш сторож?

Бегемот смущённо опустил голову:

— Я старался... Я рычал...

— Рычал он, — всхлипнул Страус. — Это не рычание, это концерт на болоте!

Самым весёлым было правление Обезьяны. Она вскарабкалась на трон (старый плоский камень) и начала издавать указы.

— Отныне все едят бананы! — объявила она, размахивая хвостом. — И все должны лазать по деревьям! Это полезно! Раз, два, три — все на деревья!

Слоны грустно смотрели на бананы, которые были для них меньше напёрстка.

— Ваше величество Обезьяна, — вежливо сказал Слон. — Мы бананы даже хоботом не ухватим. И на дерево мы не влезем — сломаем.

— Не нойте! — строго ответила Обезьяна. — Я царь — я так сказала! А кто не выполнит указ — того лишить бананов!

Носороги попытались залезть на дерево и чуть не сломали его. Огромный баобаб жалобно скрипел под тяжестью неуклюжих зверей.

— Ой, держите меня! — кричал Носорог, застряв между веток. — Я, кажется, застрял!

— Терпи! — командовала Обезьяна. — Это полезно для фигуры!

В саванне начался полнейший хаос. Зебры спорили, кто из них будет полосатее. Гиены перестали убирать падаль (потому что Обезьяна сказала, что это невежливо), и вся работа встала.

Птицы, которые пытались пастись как антилопы, клевали траву и жаловались, что она невкусная.

— Это не трава, это какая-то мочалка! — возмущалась некогда гордая орлица, пытаясь жевать жёсткий стебель.

— А я не могу лежать в воде! — кашлял Крокодил, который пытался быть Цаплей и стоять на одной ноге. — У меня лапы затекают!

К вечеру саванна напоминала разгромленную игровую комнату. Все были уставшие, голодные и несчастные. Уставшие звери сидели кто где: слоны пытались отряхнуться от банановой кожуры, носороги всё ещё висели на деревьях, птицы жалобно чирикали.

Лев, с тоской глядя на свой пустой живот и вспоминая аромат свежего мяса, собрал всех на закате.

— Ну что? — спросил он устало. — Понравился «День наоборот»?

— Нет! — дружно закричали все звери. — Мы хотим всё как было!

Самая старая антилопа вышла вперёд и сказала:

— Антилопы не умеют охотиться. Наше дело — быстро бегать и щипать траву. Мы привыкли бояться и убегать — это наша работа, и мы её хорошо делаем!

Бегемот вздохнул:

— А я не умею рычать. Моё дело — лежать в воде и быть большим. Чтобы все видели: вот Бегемот, он большой и важный, и его лучше не злить. Но рычать — это не ко мне.

Обезьяна слезла с трона, доедая последний банан, и виновато призналась:

— А я не умею править. Моё дело — качаться на лианах и смешить всех. И, кажется, я сегодня всех и так насмешила, но править я больше не хочу. Это очень трудно — придумывать указы, которые всем подойдут.

Страус печально добавил:

— А я не орёл. Я страус. Я должен бегать быстро и яйца охранять. А сегодня шакалы унесли мои яйца, потому что я на дереве сидел.

Лев кивнул. Его грива, пыльная от травы, печально обвисла.

— И я не умею есть траву. Моё дело — быть Львом. Охранять вас, судить по справедливости и… иногда грозно рычать. Я понял, что каждое дело важно, и нужно ценить то, что умеешь делать хорошо.

Наступила тишина. Потом старая слониха подняла хобот и сказала:

— Давайте больше никогда не меняться. Мы все хороши на своих местах. Даже если кому-то кажется, что у соседа трава зеленее.

— Согласны! — закричали все звери.

На следующий день все с большим облегчением вернулись к своим обычным занятиям. Антилопы паслись, Бегемот нежился в луже, Обезьяна веселила всех, качаясь на лианах, а Лев снова восседал на камне, чувствуя гордость за свою работу.

С тех пор, когда кому-то становилось скучно от своих обязанностей, он вспоминал «День наоборот» и с радостью принимался за своё дело. Ведь быть собой — это самое почётное и важное занятие на свете.

А Лев иногда поглядывал на антилоп и думал: «Трава — это, конечно, не моё. Но как же они легко бегают!» — и с гордостью оглашал саванну своим царственным рыком, от которого замирало всё вокруг.