Сказка о том, как Комар на спящего Ежа охотился

В густом тёмном лесу, под корнями старой выворотень-сосны, жил колючий Ёж. Был он крепким, спокойным, неторопливым и очень любил поспать. Днём он бродил по лесу, шуршал опавшими листьями, сопел и искал жуков, червяков и улиток. А ночью, наевшись, забирался в своё уютное гнёздышко под корнями, сворачивался в тугой колючий клубок и засыпал крепким сном до самого утра.

Многие пытались его побеспокоить: и хитрая Лиса подкрадывалась, и голодный Филин сверху пикировал, но все отступали, больно уколовшись об острые иголки. Даже комары, целыми роями кружившие над лесными болотцами и сырыми низинами, не могли до него добраться — их тонкие, хрупкие хоботки ломались о колючую броню, едва они пытались приблизиться.

— Бесполезное дело, — жужжали старые комары. — У ежа иголки — как стена. Не пробиться.

Но в том комарином рое был один молодой, самоуверенный Комарище. Он считал себя самым умным, самым хитрым и самым находчивым. Пока другие жаловались на неудачи, он сидел на ветке и внимательно изучал спящего Ежа. День за днём, ночь за ночью он наблюдал.

И однажды, когда Ёж после особенно сытного ужина крепко спал, расслабившись и высунув из колючего клубка кончик своего маленького, влажного, чёрного носика, Комарище понял: вот оно! Слабое место!

— Эй, вы! — зажужжал он своим сородичам. — Смотрите сюда! Видите этот нос? Единственное место на всём еже, где нет ни одной колючки! Идеальная, просто идеальная мишень! Пока все будут бояться и ныть, я получу самую вкусную, самую тёплую кровь в этом лесу!

Другие комары засомневались. — Опасно, — прошелестел старый Комар. — Ёж хоть и спит, но может проснуться. И тогда...

— Эх вы, трусы! — перебил Комарище. — Смотрите и учитесь!

Он осторожно, очень осторожно, стараясь не создавать лишних колебаний воздуха, снизился и сел прямо на кончик ежиного носа. Сердце его колотилось от азарта и страха, но он справился. Он вонзил свой острый хоботок в нежную, беззащитную кожу и начал пить кровь. Тёплую, густую, вкусную!

Ёж во сне почувствовал лёгкое щекотание. Его носик дёрнулся, сморщился, и вдруг — Апчхи! — раздался оглушительный чих, эхом прокатившийся по лесу.

Комарища отбросило мощной воздушной струёй далеко в сторону. Он кубарем пролетел сквозь листву и больно ударился о корягу. Но, потирая ушибленные бока, он был счастлив. Получилось! У него получилось!

Он подождал немного, пока Ёж снова засопит и погрузится в глубокий сон, и повторил свою вылазку. Снова сел на нос, снова укусил. На этот раз Ёж во сне только фыркнул, сморщил мордочку и чуть шевельнул лапкой, но не проснулся.

— Ха! — злорадно жужжал Комарище, возвращаясь к своим сородичам. — Видите? Он беззащитен! Моя хитрость победила его дурацкие колючки! Теперь я буду каждый день пить его кровь!

— Зузик, — осторожно сказал один из комаров (у них были свои имена), — это правда опасно. Ты слишком рисковал. А вдруг он проснётся?

— Не проснётся! — отмахнулся Комарище. — Он спит как убитый. Я буду осторожен.

Но Комарище, ослеплённый успехом, перестал быть осторожным. Каждую ночь, как только Ёж засыпал, он являлся на охоту. Он пил кровь, жужжал над самым ухом, дразнил спящего. Ёж стал спать беспокойно: он чихал, фыркал, ворочался с боку на бок, вздрагивал и поскуливал во сне. Ему снились кошмары, будто кто-то маленький и противный гоняется за ним и кусает за нос.

Ёж не высыпался. С каждым днём он становился всё более раздражительным, уставшим и злым. Он ходил по лесу хмурый, не замечал жуков, спотыкался о корни и совсем потерял покой.

Однажды ночью Комарище, обнаглев до крайности, устроился на ежином носу и, вместо того чтобы тихо пить кровь, начал громко и нагло жужжать прямо над ухом:

— Ззззз-укушу-у-у! Ззззз-я-здесь-зззз! Не-до-ста-нешь-зззз! Я самый хитрый, я самый умный, я пью твою кровь, а ты ничего не можешь сделать!

Это жужжание стало последней каплей. Ёж, измученный неделями пыток, вдруг широко раскрыл глаза. Не просто проснулся, а вскочил на лапы, взъерошенный, злой, с горящими от ярости маленькими глазками.

— Всё! — закричал он так громко, что листья на деревьях задрожали. — Хватит! Я больше не могу тут спать! Этот крылатый разбойник меня доконал! Я найду такое место, где ему и дороги не будет!

Он встряхнулся, фыркнул и, не глядя на своё любимое гнёздышко, побрёл прочь в лес. Комарище, счастливый и сытый, полетел за ним — ему же надо было знать, где теперь будет ночевать его личная «столовая».

Ёж брёл долго, пока не наткнулся на огромный, высокий, как дом, муравейник. Муравьи, как всегда, суетились, бегали туда-сюда, тащили веточки и хвоинки, не обращая ни на кого внимания. Ёж знал, что муравьи — отличные сторожа. И тогда ему в голову пришла отчаянная мысль.

Он осторожно, очень аккуратно, чтобы не раздавить муравьиный дом, зарылся в рыхлую землю у самого подножия муравейника, подгрёб под себя сухих иголок и листьев и свернулся крепким, колючим клубком, выставив наружу только нос. Да, нос пришлось оставить снаружи, чтобы дышать, но теперь рядом были муравьи.

Комарище, конечно же, проследил за ежом. Он сидел на ветке и с интересом наблюдал за этими манёврами. Увидев, что Ёж лёг прямо у муравейника, он злорадно зажужжал:

— Ха-ха! Думаешь, эти мелкие букашки меня остановят? Да я их вообще за еду не считаю! Сейчас я тебя и здесь достану!

Он не обратил никакого внимания на суетящихся вокруг муравьёв. Для него они были просто пылью под ногами. Он спланировал вниз, к ежиному носу, предвкушая очередную вкусную трапезу.

Но он не учёл одного. Муравьи терпеть не могут, когда кто-то чужой и подозрительный суетится возле их дома. А комар, летающий так низко, с их точки зрения, был просто едой, которая сама пришла. Или, как минимум, нарушителем границы.

Не успел Комарище приблизиться к ежу на расстояние вытянутого хоботка, как десятки, сотни острых муравьиных челюстей впились в его тонкие крылья, в его длинные лапки, в его нежное, сытое брюшко.

— Ай! Ой! Отстаньте! — отчаянно запищал Комарище, дёргаясь в воздухе. — Я не к вам! Я к ежу! Мне еж нужен, а не вы! Пустите!

Но муравьи не слушали. Они действовали быстро, слаженно, безжалостно. Ещё мгновение — и наглый охотник, который так гордился своей хитростью и изобретательностью, был повержен, обездвижен и утащён в глубины муравейника, где его ждала незавидная участь.

А Ёж наконец-то выспался. Впервые за долгое время он проспал до утра крепким, спокойным, безмятежным сном. Никто не жужжал над ухом, никто не кусал за нос. Муравьи тихо делали свои муравьиные дела, и это даже убаюкивало.

Проснувшись утром, Ёж сладко потянулся, зевнул и понял, что его мучитель исчез. Он благодарно кивнул муравьям, которые сновали вокруг, и отправился искать себе новое, постоянное жильё. Но муравейник он решил не забывать — на всякий случай.

С тех пор в лесу знают: любая, даже самая хитрая хитрость, если в ней слишком много наглости, самоуверенности и упорства, может обернуться против самого хитреца. И что иногда лучше вовремя остановиться и послушать тех, кто желает тебе добра, чем потерять всё, включая жизнь.