Сказка о том, как Комар тихого человека искал

В одном дачном посёлке, где пахло цветущей сиренью и жареными шашлыками, жил маленький Комарик. У него было очень длинное имя — Пискунчик-Звенелочка, но сам он называл себя просто Комарик. Он был очень вежливый и вовсе не хотел никому мешать, но ему просто необходимо было немножко покушать, чтобы жить. Совсем чуть-чуть, капельку.

Каждый раз, когда он подлетал к людям, чтобы тихонько, никого не беспокоя, попить сок, происходила одна и та же грустная история. Люди начинали махать руками, хлопать себя по лбу и по щекам и кричать:

— Уходи, противный! Кыш, комар! Вот я тебя!

А иногда даже хватали полотенца и газеты и пытались его прихлопнуть.

Комарику было очень обидно и больно. Он улетал прочь, голодный и печальный, и думал, сидя где-нибудь на листочке смородины:

— Неужели нет на свете ни одного тихого, спокойного человека, который не будет на меня махать и кричать? Который позволит мне просто поесть и не прогонит?

И тогда он решил отправиться на поиски. Он облетел все дачные участки, заглядывая в окошки, заборы и калитки, наблюдая за разными людьми.

На одном участке сидели весёлые люди, они громко смеялись, жарили шашлыки и размахивали шампурами так, что Комарику стало страшно — вдруг заденут?

— Нет, здесь слишком шумно и опасно, — решил Комарик и полетел дальше.

На другом участке дети бегали по двору с разноцветными сачками и ловили бабочек. Комарик испугался, что его тоже поймают, и быстро улетел.

На третьем участке люди лежали в гамаках и, стоило Комарику только приблизиться, сразу начинали ворчать и отмахиваться газетами и журналами.

— Опять эти комары! — ворчали они. — Никакого покоя!

Комарик уже совсем отчаялся и начал терять надежду найти такого человека. Он летел усталый и голодный, как вдруг на самом краю посёлка, в тени большой старой яблони, он увидел необычного человека.

Этот человек стоял совершенно неподвижно перед большим белым холстом на деревянных ножках. Комарик знал, что это называется мольберт. В одной руке у человека была деревянная дощечка с разноцветными красками — палитра, а в другой — тоненькая, как травинка, кисточка.

Человек был так увлечён своей работой, что казалось, он забыл обо всём на свете. Он не двигался, не дёргался, не махал руками. Только иногда очень медленно и плавно наносил разноцветные мазки на белый холст, а потом снова замирал, внимательно глядя куда-то вдаль, на лес и речку.

— Вот он! — прошептал Комарик, и сердце его радостно забилось. — Мой тихий человек! Самый тихий на свете!

Он осторожно, боясь спугнуть эту чудесную тишину, подлетел поближе и сел прямо на руку художника, на запястье, где билась тёплая жилка. Человек лишь слегка вздрогнул, почувствовав щекотку, но не стал махать рукой и даже не посмотрел на комара. Он продолжал рисовать.

Тогда Комарик, убедившись, что ему здесь рады и его не прогонят, решил наконец подкрепиться. Он аккуратно, совсем чуть-чуть, попил соку, и никто ему не мешал. Никто не хлопал, не махал, не кричал. Художник так же спокойно и сосредоточенно продолжал рисовать на своём полотне лес, речку и облака.

Когда Комарик насытился и почувствовал себя сытым и счастливым, ему стало очень интересно: а что же там такое красивое появляется на белом холсте? Он перелетел и сел на самый краешек мольберта, чтобы лучше видеть волшебство.

Художник заметил его. Он отвлёкся от картины, посмотрел на маленького Комарика, который сидел на мольберте и внимательно следил за его работой. И вдруг художник улыбнулся. Он улыбнулся широкой, доброй улыбкой.

Потом он осторожно окунул свою самую тоненькую кисточку в коричневую краску, прищурился и аккуратно, одним лёгким движением, поставил на своей картине, в самом уголке неба, крошечную точку. А потом добавил к этой точке два маленьких штриха, похожих на крылышки.

Комарик замер от восторга. Он узнал! Он сразу понял! Это же был он! Его нарисовали! Он стал частью этой прекрасной картины, этого леса и этого неба. Его никто не прогнал, не обидел, а наоборот — обессмертили на полотне.

С тех пор у Комарика появился свой собственный, самый лучший тихий человек. Каждый день, когда солнце начинало клониться к закату, Комарик прилетал к художнику под старую яблоню. Он садился на мольберт, или на край палитры, или даже на рукав рубашки и подолгу наблюдал за тем, как рождаются настоящие чудеса — как пустой белый холст превращается в лес, речку, поле или закат.

Он чувствовал себя в полной безопасности. Иногда он засыпал прямо на тёплой руке художника под мерное покачивание кисти.

А художник, видя такого верного зрителя, иногда даже специально оставлял для него на краю палитры маленькую капельку сладкого фруктового сока. И всегда-всегда, на каждой своей картине, где-нибудь в самом уголке, на листе кувшинки или в облаке, он рисовал крошечного комарика с длинными ножками.

Так они и подружились, не сказав друг другу ни единого слова, потому что для настоящей дружбы иногда достаточно просто тишины, доверия и маленького мазка кисточкой. Комарик понял, что где-то обязательно есть человек, который не будет тебя прогонять, нужно только поискать. А художник понял, что даже самое маленькое существо может стать самым верным и благодарным другом.