Сказка о том, как Кролик вырыл тоннель к моркови

В уютной городской квартире на пятом этаже жил белый пушистый кролик по имени Пухлик. Он жил в просторной клетке с мягкой подстилкой, поилкой и мисочкой для еды. Но, как и все кролики на свете, он мечтал о свободе и приключениях. А ещё больше всего на свете он любил морковку. Сочную, хрустящую, сладкую морковку.

Каждый вечер хозяйка приносила ему одну морковку — на ужин. Пухлик съедал её за считанные минуты и потом долго облизывался, глядя на дверь, за которой, как он точно знал, была кухня. А на кухне стоял большой холодильник, а в холодильнике, он нутром чуял, лежала целая гора моркови!

— Эх, — вздыхал Пухлик, грызя прутья клетки. — Если бы я только мог выбраться отсюда и добраться до холодильника! Я бы устроил себе настоящий пир!

Мимо клетки часто проходил старый домашний Кот Васька. Он лениво потягивался, смотрел на кролика свысока и философствовал:

— Мяу, Пухлик, ты чего там вздыхаешь? Сиди себе в клетке, ешь что дают. Свобода — это иллюзия. Главное — чтоб миска была полная.

— Тебе хорошо, — отвечал Пухлик. — Ты по всей квартире гуляешь. А я тут взаперти. И морковки мало дают.

— Мало-мало, — зевнул Васька. — А ты бы подкоп сделал. Вон, слышал я, кролики в дикой природе норы роют.

Пухлик задумался. А ведь Кот прав! Почему бы не вырыть подкоп? Он же кролик, это у него в крови!

И вот однажды, глядя сквозь прутья клетки на дверь, ведущую в коридор, а оттуда на кухню, он принял важное решение. Он начнёт рыть подкоп к свободе и к моркови!

Каждую ночь, когда в квартире наступала полная тишина, телевизор выключали, а хозяева засыпали, Пухлик усердно работал. Он рыл лапками под своей подстилкой, проталкиваясь под прутья клетки. Это был тяжёлый труд: лапки уставали, когти стирались, а пыль забивала нос. Но мысль о вкусной морковке придавала ему сил.

— Я доберусь до тебя, морковка! — бормотал он, выгребая очередную порцию опилок. — Ты меня дождёшься!

Он рыл несколько ночей подряд. Но, видимо, в темноте ошибся с направлением. Вместо того чтобы двигаться прямо, к двери комнаты, его тоннель из-за какого-то препятствия в виде старого чемодана ушёл вбок и вглубь, прямо под стену, туда, где стоял большой платяной шкаф.

Пухлик этого не знал. Он просто рыл и рыл, уверенный, что скоро вылезет в коридоре.

Однажды ночью его лапки пробили последний слой картона и пыли, и он с размаху вывалился... куда-то. Пухлик вскочил, отряхнулся и огляделся. Он был не в саду, не на кухне, не в коридоре. Он был в маленькой, тёмной, тесной комнатке, которая пахла землёй, луком, картошкой и... о, великое счастье! Морковью!

Это была кладовка, где хозяйка хранила запасы овощей, купленные на рынке на всю зиму.

Пухлик замер от восторга. Его глаза, привыкшие к темноте, разглядели сетчатые ящики на полу и на полках. А в ящиках... в ящиках лежали десятки, нет, сотни морковок! Больших, маленьких, толстых, тонких, но таких ароматных!

— Я... я в раю, — прошептал Пухлик, делая шаг к ближайшему ящику.

Он сначала осторожно, боясь, что это сон, попробовал одну морковку. Потом другую. Потом третью. Хруст стоял на всю кладовку. Это был пир! Он наелся так, как никогда в жизни. Морковный сок тёк по его белой шёрстке, усики пожелтели, но ему было всё равно.

Прошло, наверное, часа два. Пухлик объелся так, что не мог пошевелиться. Он сидел посреди рассыпанных огрызков и довольно жмурился. Но странное дело — после такого пира ему вдруг расхотелось бежать на волю. В кладовке было темно, пыльно, пахло сыростью и совершенно некуда было идти. В его клетке было уютно, тепло, там стояла его любимая поилка со свежей водой и лежало мягкое полотенце, на котором он спал.

— Дома-то лучше, — философски заметил Пухлик сам себе. — Там хоть попить можно.

И Пухлик, довольный, сытый и сонный, тем же путём, по своему тоннелю, пятясь задом, вернулся обратно в клетку. Он забрался на своё место, тщательно умылся (насколько мог), пригладил усики и крепко уснул, положив голову на лапки.

Утром хозяйка, как обычно, пошла в кладовку за картошкой к обеду. Открыла дверь и ахнула. На полу были рассыпаны земля, опилки и обрывки картона, а на лучших, отборных морковках явно виднелись следы маленьких острых зубов. Кто-то устроил здесь настоящий погром!

— Ой! — закричала хозяйка. — Кто это сделал? Мыши? Крысы?

Она осмотрелась и заметила в углу, у стены, странную нору. Из неё тянуло свежим воздухом. Хозяйка проследила за тоннелем — он вёл под стену и дальше, в комнату. Она вышла из кладовки, обошла квартиру и с изумлением обнаружила, что тоннель заканчивается прямо в клетке у спящего Пухлика, у которого на мордочке засохли оранжевые усики.

— Пухлик! — воскликнула хозяйка. — Ах ты, маленький разбойник!

Пухлик проснулся, виновато заморгал и спрятал мордочку в лапки.

Хозяйка разбудила мужа. Они вдвоём стояли над клеткой и смотрели на кролика, потом на подкоп, потом на погрызенную морковь, которую хозяйка принесла из кладовки. И вместо того чтобы сердиться, они вдруг расхохотались.

— Смотри, он же не сбежал! — сквозь смех сказала хозяйка. — Он сделал подкоп не на улицу, а... в кладовку! Просто сходил в магазин за морковкой!

— Нашёл самый короткий путь к морковному складу, — добавил муж, вытирая слёзы. — Это же гениально! Настоящий стратег и инженер! Молодец, Пухлик!

Пухлик, услышав, что его не ругают, а хвалят, осмелел, высунул мордочку и даже тявкнул от радости.

Они не стали заделывать подкоп. Вместо этого они заключили с Пухликом настоящее «джентльменское соглашение». Хозяйка сказала:

— Так и быть, Пухлик. Тоннель оставим. Но теперь мы будем класть в кладовку чуть меньше моркови, рассчитывая, что часть её — это твоя законная «арендная плата» за пользование кроличьим тоннелем. А тебе, как уважаемому члену семьи, мы будем каждый вечер класть в клетку не одну, а целых две морковки. Одну — на ужин, а вторую — как премию за инженерную мысль и трудолюбие. Идёт?

Пухлик одобрительно стукнул задней лапкой — у кроликов это означало глубокое согласие.

С тех пор Пухлик больше никогда не рыл новых подкопов. Зачем? У него был свой собственный, безопасный и проверенный путь в морковный рай прямо из клетки. Иногда по вечерам он всё же наведывался в кладовку — не столько поесть, сколько проверить свои владения и убедиться, что запасы не иссякли.

Он стал самым знаменитым кроликом не только в своей квартире, но и во всём доме. Все соседи и гости обязательно просили показать «того самого кролика, который вырыл тоннель к моркови». Пухлик важно сидел в клетке, умывался и смотрел на людей с видом настоящего архитектора и подрядчика, который успешно выполнил сложный и очень вкусный проект.

А Кот Васька, глядя на эту идиллию, только качал головой и мурлыкал:

— Мяу, вот это я понимаю — правильная свобода. Когда морковка сама к тебе в гости приходит. Или ты к ней по тоннелю. Молодец, Пухлик, научил нас всех уму-разуму.