Сказка про Енота, который сидел в пруду

На краю леса, там, где высокие сосны постепенно уступали место ивняку и осоке, был небольшой, но очень чистый пруд. Вода в нём была прозрачная, как слеза, а на поверхности плавали большие зелёные кувшинки. Все звери приходили сюда на водопой: и грациозные олени с ветвистыми рогами, и пугливые зайцы, и важные барсуки, и даже лисы, которые хоть и были хищницами, но тоже любили свежую водицу.

А в старом дуплистом иве, склонившемся над самой водой, жил енот. Звали его Тихоня. Но прозвище это было обманчивым — на самом деле он был ужасным проказником и озорником. Его полосатый хвост так и мелькал то тут, то там, а глаза всегда блестели какой-то хитринкой.

Тихоня любил повеселиться, но вот беда — соседи его, звери лесные, были народом серьёзным, им было не до игр. Кто нору строит, кто запасы собирает, кто за детьми присматривает. Скучно было еноту одному. И придумал он себе новую забаву: пугать тех, кто приходит к пруду пить.

— Вот будет весело! — потирал он лапки. — Посмотрю я, как они прыгают от страха!

Однажды ранним утром, когда над водой ещё стелился лёгкий туман, Тихоня увидел, как к пруду осторожно подкрадывается заяц. Заяц оглядывался по сторонам, прислушивался — нет ли поблизости лисы или волка, и не замечал, что из-под ивы за ним наблюдают два хитрых енотовых глаза.

Енот бесшумно спустился с дерева, так же бесшумно нырнул в воду и, подплыв под самой поверхностью прямо к тому месту, где заяц собирался наклониться, резко вынырнул перед самым его носом!

— Бу-бу-бу! — заорал он страшным голосом. — У-у-у, я Водяной! Я дух этого пруда! Кто посмел потревожить мою воду?

Заяц от неожиданности подпрыгнул так высоко, как не прыгал никогда в жизни. Он взлетел над берегом, перевернулся в воздухе и шлёпнулся прямо в кусты крапивы.

— Ой-ой-ой! Мама! — заорал он не своим голосом и пустился наутёк, даже не разбирая дороги.

Енот, вылезая на берег, держался за животик и покатывался со смеху. Он катался по траве, хлопал себя лапами по бокам и никак не мог остановиться.

— Ой, не могу! — всхлипывал он сквозь смех. — Видели бы вы его морду! Уши назад, глаза по пять копеек! Вот это представление!

На следующий день пришла к пруду белочка. Она несла в лапках маленький глиняный кувшинчик, чтобы набрать воды для своих бельчат. Только наклонилась она над водой, как из глубины снова вынырнула мокрая полосатая морда с горящими глазами.

— Сдавайтесь, сухопутные! — завопил Тихоня. — Я — дух пруда, хранитель вод! Вам здесь не место!

Белка от испуга выронила кувшинчик, тот разбился вдребезги, а сама она в один миг взлетела на ближайшее дерево и оттуда долго кричала:

— Чудовище! В пруду чудовище!

Енот, довольно пофыркивая, уплыл на другой берег.

Слава о «водяном чудище» быстро разнеслась по лесу. Сороки разнесли новость во все концы. Звери стали бояться ходить к пруду.

— Я вчера ходила, — шепталась лиса с барсуком. — Там кто-то булькает и глазами сверкает! Я только глянула — аж хвост поджала!

— И я видел! — подтверждал барсук, важно поглаживая живот. — Вылезло что-то мокрое, полосатое и орёт страшным голосом. Лучше к дальнему ручью ходить, хоть и далеко, зато спокойно.

— А я слышала, — трещала сорока, — что это водяной! Он всех, кто к пруду подходит, за пятки кусает и под воду тащит!

Звери поверили и перестали ходить к пруду. Тропинка, протоптанная множеством лап, начала зарастать крапивой и чертополохом. Пруд опустел.

Тихоня сидел в своём дупле и довольно потирал лапы. Ему казалось, что он самый хитрый и самый весёлый в лесу.

— Подумаешь, — говорил он сам себе, — не ходят и не надо. Мне больше воды достанется.

Но вскоре он сам почувствовал неудобство. Во-первых, стало скучно — некого больше пугать. Во-вторых, пруд без зверей начал потихоньку застаиваться, вода уже не была такой прозрачной, потому что никто не бултыхался и не мутил её со дна. А в-третьих, однажды он решил напугать барсука, который всё же осмелился прийти к пруду, потому что очень хотел пить.

Тихоня, как обычно, вынырнул перед ним с криком:

— Я водяной!

Но барсук, вместо того чтобы испугаться, нахмурился и пригляделся.

— Ах ты, полосатый хулиган! — зарычал он. — Так это ты нас всех пугаешь? А я-то думал, правда чудище! Получай!

И с этими словами он так сильно огрел енота лапой по носу, что тот кубарем покатился в воду.

— Ой-ёй-ёй! — заверещал Тихоня, держась за нос. — За что?

— За то, что из-за твоих дурацких шуток все к ручью за три версты ходить стали! — рявкнул барсук и ушёл, гордо подняв хвост.

Тихоне стало обидно. Нос болел, а на душе было муторно. Он понял, что перестарался.

Но самая хитрая месть зрела в голове у старой мудрой Цапли, которая жила на другом конце пруда и всё это время наблюдала за происходящим. Она видела, как енот пугал зверей, как они перестали ходить, как вода начала портиться, и решила проучить проказника.

Она подозвала к себе самых обиженных — зайца и белку — и сказала:

— Слушайте меня внимательно. Завтра в полдень приходите к пруду. И не одни, а позовите всех, кого он напугал. Лису позовите, барсука позовите, всех-всех. И делайте вот что…

И она шепнула им свой план.

На следующий день, ровно в полдень, к пруду, как по команде, пришли все звери. Прибежал заяц, прискакала белка, притопала лиса, приковылял барсук, пришли даже олени и косули. Все собрались на берегу, шумно переговариваясь и поглядывая на воду.

Тихоня, увидев из своего дупла такую толпу, обрадовался.

— Вот это удача! — прошептал он. — Сейчас я их всех напугаю разом! Такое представление устрою — век помнить будут!

Он бесшумно спустился с ивы, нырнул в воду и поплыл к тому месту, где стоял заяц. Он уже приготовился выскочить и заорать во всю глотку, как вдруг заяц наклонился над водой и громко сказал, обращаясь к остальным:

— Ой, смотрите-ка, братцы! Вода сегодня какая-то мутная! И пахнет… тухлой рыбой и тиной! Нельзя такую воду пить, отравиться можно!

Белка тут же поддержала, принюхиваясь:

— И правда! Фу, какой запах! Раньше такой вкусная вода была, а теперь испортилась. Пойдёмте к дальнему ручью, там вода чистая и вкусная!

Енот замер в воде, ошеломлённый. Он любил чистоту и порядок, терпеть не мог плохих запахов и грязной воды. Он высунул нос из воды и начал нервно принюхиваться. Вроде пахло нормально, как всегда.

Тут лиса, хитрая лиса, подхватила:

— Да и вообще, слышала я, тут водяной завёлся. Он, говорят, сначала пугает, а потом за пятки кусает и на дно тащит! Я сама видела, как из воды морда высовывалась, страшная-престрашная! Лучше отсюда подальше, пока целы.

И все звери, чуть заметно подмигивая друг другу, разом развернулись и медленно, с важным видом, пошли прочь от пруда. На берегу осталась только Цапля. Она стояла на одной ноге, неподвижная, как статуя.

Когда последний зверь скрылся в кустах, Цапля наклонила свой длинный клюв к самой воде и сказала тихо, но так, что енот услышал каждое слово:

— Ну что, Водяной? Остался один в своём мутном, вонючем царстве? Все ушли. Никто больше не придёт к твоему пруду. Теперь ты здесь один и будешь пить эту грязную воду, в которой сам сидишь. Приятного аппетита.

Цапля расправила крылья и медленно, величественно полетела прочь, даже не взглянув на енота.

Тихоня вылез на берег — мокрый, взъерошенный, жалкий. Он посмотрел на пруд, который ещё недавно был таким чистым и красивым, и вдруг заметил, что вода и правда стала мутноватой, а на поверхности плавают какие-то веточки и листья. Ему стало так обидно и тоскливо, что он сел на траву и заплакал.

— Что же я наделал? — всхлипывал он. — Из-за моих дурацких шуток все ушли. Теперь я один, и пруд портится, и никто со мной не дружит.

Он сидел и плакал, пока не услышал шаги. Это вернулась Цапля. Она села неподалёку и спросила:

— Понял свою ошибку?

— Понял, — шмыгая носом, ответил Тихоня. — Я больше не буду никого пугать. Я хочу, чтобы все вернулись. Что мне делать?

Цапля немного смягчилась.

— Беги за ними, — сказала она. — Догони и скажи всё, как есть. Признайся, что это ты был водяным, пообещай больше не проказничать и стать настоящим другом.

Енот вскочил и со всех ног бросился в ту сторону, куда ушли звери. Он бежал быстро, перепрыгивая через кочки и коряги, и наконец догнал процессию у ручья.

— Стойте! — закричал он, задыхаясь. — Подождите! Я всё объясню!

Звери остановились и обернулись.

— Вода в пруду чистая! — выпалил Тихоня. — Никакого водяного нет! Это... это я просто пошутить хотел! Я пугал вас, чтобы было весело! Я дурак, я понял! Простите меня, пожалуйста! Я больше никогда, никогда не буду!

Звери переглянулись. Лиса прищурилась, барсук нахмурился, заяц спрятался за куст. Но Цапля, которая тоже пришла к ручью, вышла вперёд и сказала:

— Шутки должны быть смешными для всех, а не только для того, кто шутит. Ты напугал весь лес. Мало того, из-за тебя звери остались без удобного водопоя. Что ты теперь предложишь, чтобы исправить свою вину?

Енот опустил голову, подумал, а потом поднял её и сказал твёрдо:

— Я... я буду сторожем пруда. Настоящим. Буду следить, чтобы вода была чистой, чтобы никто её не мутил, чтобы берега были в порядке. И никого не буду пугать. Честное енотовое слово!

Звери снова переглянулись, но на этот раз в их взглядах было меньше подозрения.

— А давайте проверим, — предложила Цапля. — Вернёмся к пруду и посмотрим, сдержит ли он слово.

Все вернулись. Тихоня первым делом нырнул в воду и вытащил со дна все ветки и листья, которые туда нападали. Потом аккуратно разгрёб заросли ряски, чтобы вода стала прозрачнее. Потом притащил большие листья лопуха и сделал из них удобные мостки, чтобы звери могли подходить к воде и не пачкать лапы.

Звери смотрели и удивлялись. Енот работал не покладая лап, и к вечеру пруд снова стал чистым и красивым.

— Ну что ж, — сказала Цапля, — ты заслужил прощение. Мы принимаем твоё предложение. Будешь сторожем пруда.

С тех пор Тихоня стал самым добросовестным сторожем на всём свете. Он прогонял действительно мутящих воду ондатр, помогал малышам напиться, подставляя им широкие листья вместо ступенек, а если и шутил, то только безобидно — показывал фокусы с камешками или рассказывал смешные истории.

И все звери снова полюбили приходить на водопой к чистому пруду, зная, что за порядком следит бывший проказник, который на собственном горьком опыте узнал простую истину: сидеть в пруду, чтобы пугать, — глупая и вредная затея. Гораздо лучше сидеть на берегу, быть другом для всех и охранять покой и чистоту.